В ноябре на одном из наших dev-серверов кто-то запустил майнер криптовалюты. Он попал внутрь через уязвимость React2Shell (CVE-2025-55182) в контейнер с Next.js и Payload CMS. Рассказываем, как мы это заметили, что сделали и какие строки в docker-compose.yml теперь ставим во все проекты.

Симптомы

Признаки были такие:

  • на сервере упал MySQL соседнего сервиса: ядро убило процесс, потому что кончилась память;
  • контейнер с Next.js занимал 65–100% процессора, даже когда сайтом никто не пользовался;
  • память контейнера росла выше 800 МБ, он 84 раза перезапускался из-за нехватки памяти;
  • проверка работоспособности (healthcheck) не прошла 78 раз;
  • средняя нагрузка на сервер (load average) — 7,15;
  • приложение отвечало за 5–15 секунд или возвращало 502.

Внутри контейнера, кроме next-server, работали pm2, xmrig, javae и процессы-зомби. Контейнер держал соединение с адресом майнингового пула на порту 443.

Как он туда попал

CVE-2025-55182 — уязвимость в React Server Components. Через специально собранный запрос к серверу с App Router можно выполнить свой код. Next.js выпустил для неё отдельный бюллетень, CVE-2025-66478. На сервере стояли Next.js 15.5.3 и React 19.1.0: обе версии уязвимы.

Цепочка атаки: запрос к серверу с React Server Components → выполнение кода → загрузчик в доступных на запись папках → майнер → нехватка памяти у соседей
Цепочка атаки: запрос к серверу с React Server Components → выполнение кода → загрузчик в доступных на запись папках → майнер → нехватка памяти у соседей

Дальше всё просто. Корневая файловая система контейнера была доступна на запись, а том с загрузками CMS (/media) — и на запись, и на запуск файлов. Загрузчик положил исполняемые файлы в /media, /home/nextjs и /var/tmp и запустил майнер под pm2. Лимита на память у контейнера не было, поэтому он отнимал её у соседей.

Что сделали

Сохранили улики, потом остановили

Прежде чем что-то удалять, сохранили:

  • список процессов в контейнере;
  • docker diff — все файлы, которые злоумышленник создал или изменил;
  • docker inspect — конфигурацию контейнера;
  • полный архив файловой системы контейнера (docker export, 1,9 ГБ);
  • вредоносные файлы из /media — в отдельную папку-карантин.

Без этого невозможно потом понять, что именно было скомпрометировано.

Очистили том с загрузками

Убрали из /media исполняемые файлы и загрузчики. Всем файлам выставили права 644, папкам 755: в папке с картинками ничего не должно запускаться. Владельцем назначили пользователя приложения.

Сменили все секреты

Исходим из того, что злоумышленник прочитал переменные окружения:

  • новый PAYLOAD_SECRET (openssl rand -hex 32) — все сессии админки сброшены, редакторы входят заново;
  • новый пароль пользователя PostgreSQL;
  • .env с правами 600.

Заодно нашли открытую дверь: порт PostgreSQL был опубликован как 5433:5432, то есть на всех интерфейсах. Перевели на 127.0.0.1:5433:5432.

Обновили Next.js и React

До исправленных версий: Next.js 15.5.29, React и React DOM 19.1.10. Версии Payload зафиксировали без ^, чтобы следующая установка не подтянула несовместимую.

Закрыли контейнер настройками

Это главное. Обновление закрывает эту уязвимость. Настройки ниже делают так, что даже следующая уязвимость с выполнением кода не превратится в майнер на сервере.

services:
  payload:
    read_only: true                 # корневая ФС только на чтение
    tmpfs:                          # куда писать можно, но запускать нельзя
      - /tmp:rw,noexec,nosuid,nodev,size=64m
      - /app/.next/cache:rw,noexec,nosuid,nodev,size=256m
      - /home/nextjs:rw,noexec,nosuid,nodev,size=32m
    cap_drop: [ALL]                 # никаких Linux capabilities
    security_opt:
      - no-new-privileges:true      # без повышения прав через SUID
    mem_limit: 700m                 # контейнер не отнимет память у соседей
    cpus: 1.0
  db:
    ports:
      - "127.0.0.1:5433:5432"       # база недоступна снаружи

Что даёт каждая строка:

  • read_only — злоумышленник не может положить файл в контейнер.
  • tmpfs с noexec — там, где приложению нужно писать, файл можно создать, но не запустить: ядро ответит Permission denied.
  • cap_drop и no-new-privileges — даже root внутри контейнера почти ничего не может.
  • mem_limit и cpus — если что-то пойдёт не так, пострадает только этот контейнер.

Результат

Показатели до и после: процессор и память контейнера, нагрузка на сервер
Показатели до и после: процессор и память контейнера, нагрузка на сервер

Показатель

До

После

Процессор контейнера

65–100%

0% в простое

Память контейнера

800+ МБ, 84 перезапуска

169 МБ из 700 МБ

Изменённые файлы в контейнере (docker diff)

десятки закладок

пусто

Исходящие соединения

майнинговый пул

только своя база

Load average сервера

7,15

1,10

Соседний MySQL

убит из-за нехватки памяти

работает

Позже мы перевели проект на Next.js 16 и Bun. Ограничения контейнера сохранили: read_only, tmpfs с noexec, cap_drop, no-new-privileges, лимиты памяти и процессора.

Чек-лист для вашего проекта на Next.js

  1. Проверьте версии next, react, react-dom. Если у вас App Router, а версии ниже исправленных — обновитесь сегодня.
  2. Включите read_only: true и вынесите папки для записи в tmpfs с noexec.
  3. Том с загрузками пользователей смонтируйте с noexec или хотя бы снимите с файлов права на запуск.
  4. Добавьте cap_drop: [ALL] и no-new-privileges:true.
  5. Задайте mem_limit и cpus каждому контейнеру на общем сервере.
  6. Не публикуйте порты базы данных на 0.0.0.0.
  7. Если вас уже взломали: сначала сохраните улики, потом смените все секреты, а не только пароль администратора.

Если хотите, чтобы мы проверили ваш проект на Next.js или Payload по этому списку, напишите нам.